КОРОНА, КОТОРОЙ НЕ ПОКЛОНИЛИСЬ
Когда Поухатану сообщили, что чужеземцы хотят сделать его королём, он некоторое время молчал.
Затем спросил:
— А кем они считают меня сейчас?
Переводчик посмотрел на английского посланника. Посланник поправил одежду. Одежда была богата и явно не предназначалась для человека, которому предстояло объяснить нелепость.
За спиной вождя тихо засмеялась Покахонтас.
Отец не повернулся, но уголок его рта дрогнул.
Он правил множеством общин, принимал дань, заключал союзы, посылал воинов и разрешал споры задолго до того, как на реке показались английские корабли. Теперь люди, едва научившиеся здесь не голодать, собирались вручить ему власть.
Она, по их мнению, находилась в короне.
Поухатан посмотрел на привезённые вещи и подумал, что у пришельцев удивительная привычка: всякий предмет становился важнее человека, если его доставили из-за моря.
***
Весной 1607 года корабли вошли в воды его страны.
Сначала за ними наблюдали с берегов.
Паруса были велики. Деревянные корпуса казались тяжёлыми и неуклюжими. На палубах двигались люди, которых окружал привычный им мир — железо, верёвки, оружие, сундуки.
Они выбрали место для поселения и назвали его Джеймстауном.
Но река, лес и поля уже имели имена.
И хозяев.
Посланцы Поухатана приносили новости.
Чужеземцы строили укрепление. Искали богатства. Ссорились между собой. Болели. При виде золота, даже воображаемого, становились чрезвычайно деятельны; при виде земли, которую требовалось обработать, некоторые теряли весь пыл.
Старый советник сказал:
— Они умеют строить корабли.
— Значит, способны многому научиться, — ответил Поухатан.
— Пока больше спрашивают, где взять еду.
Вождь выслушал его.
В стране, которую её жители называли Ценакомоко, пища была результатом труда, времени и знания. Кукуруза не появлялась от одной лишь уверенности в собственной важности.
Поухатан позволял обмен и рассчитывал включить новое поселение в понятную ему систему отношений.
Пришельцы получали продовольствие.
Вождь ожидал взаимности.
Именно здесь начиналось несогласие, которое потом слишком часто будут объяснять простым недоразумением.
***
Его дочь любила слушать рассказы о кораблях.
Она была ещё ребёнком, когда англичане появились в этих краях. Любопытство тянуло её к людям, говорившим на странном языке и носившим столько одежды, будто вечно опасались наступления зимы.
— Им жарко? — спросила она однажды.
— Должно быть, — ответил отец.
— Почему не снимают?
— Возможно, боятся потерять достоинство вместе с рукавами.
Она рассмеялась.
Её знали по прозвищу Покахонтас. Среди других её имён были Амонут и Матоака. Будущие книги оставят ей множество ролей, но тогда она оставалась дочерью своего отца: живой, внимательной, способной заметить то, мимо чего взрослые проходили с готовыми выводами.
Во время встреч с чужеземцами она видела голодных людей.
Взрослые всё чаще видели вооружённое поселение.
Оба взгляда были правдивы.
***
Зимой к Поухатану привели Джона Смита.
Его захватили люди Опечанканоу, брата верховного вождя.
Пленник держался напряжённо. У человека, привыкшего искать опасность повсюду, любое движение рядом приобретает особый смысл.
Поухатан принимал его в Веровокомоко.
Вождь хотел понять, что за люди поселились на его земле и каким образом с ними можно жить.
Смит хотел выжить.
Позднее он расскажет о происходившем так, что Покахонтас станет спасительницей, заслонившей его от смерти. Историки будут спорить об этом рассказе: в ранних печатных сообщениях знаменитой сцены ещё нет.
Здесь мы оставим её за пределами уверенного знания.
В нашем рассказе Покахонтас наблюдает за пленником издали.
После встречи она спрашивает отца:
— Почему он всё время смотрел на двери?
— Думал о дороге домой.
— А когда выйдет, будет помнить, что его накормили?
Поухатан помедлил.
— Посмотрим.
У правителя было достаточно опыта, чтобы не путать благодарность в минуту опасности с благодарностью после неё.
***
В следующем году англичане привезли корону.
Церемонию хотели устроить так, чтобы Поухатан получил милость далёкого короля Якова.
Но сам Поухатан не собирался становиться подданным человека, который не знал его рек и не мог накормить его людей.
Он не пожелал являться в Джеймстаун для церемонии.
Пришлось ехать к нему.
Далее возникла новая трудность: для возложения короны вождь должен был опуститься на колени.
Он не опускался.
Англичане объясняли.
Он слушал.
Объясняли снова.
Вождь оставался на ногах с замечательной устойчивостью.
Один из его спутников тихо заметил другому:
— Хорошая у них власть. Без наших колен не работает.
Поухатан слышал, но не подал вида.
Церемонию всё-таки довели до конца, неловко наклонив его. Англичане могли записать, что совершили желаемое.
Поухатан продолжил считать себя самостоятельным правителем.
Корона не изменила этого.
***
С каждым месяцем торг становился тяжелее.
Английские отряды требовали зерна. В руках у них было оружие, и требования всё меньше походили на просьбы.
В деревне, где жила семья старого рыбака, однажды появились солдаты.
Их начальник показал на запасы.
Женщина ответила через переводчика: часть зерна предназначена для посева, часть — для зимы.
Офицер повторил требование.
Молодой сын рыбака шагнул вперёд.
Отец удержал его за плечо.
Солдат возле двери поднял мушкет.
В комнате стало тихо.
Начальник мог назвать происходящее реквизицией. Для семьи это означало другое: люди, пришедшие с оружием, забирают пищу и требуют признать их право.
Когда отряд ушёл, мальчик ударил кулаком по стене.
Рыбак смотрел на пустую корзину.
— Они вернутся, — сказал сын.
— Поэтому сейчас надо думать.
— О чём?
— Как встретить зиму.
На совете Поухатан услышал похожие рассказы.
Он видел, как поселение, которому помогали выжить, расширяет свои требования.
Война приближалась не одним великим решением, а множеством таких визитов.
***
Зимой 1609–1610 годов в Джеймстауне наступил страшный голод.
Отношения с народами Поухатана были разорваны войной. Выход за укрепления становился опасным. Болезни и недостаток пищи уничтожали колонию.
Вождь не торжествовал.
Он знал, что голод делает вооружённых людей ещё опаснее.
На реке появились новые корабли. Прибыли новые руководители. У колонии снова появилась сила, и английская война стала жестче.
Горели поселения.
Уничтожались запасы.
Там, где раньше переговорщик входил с дарами, теперь входил солдат.
Однажды гонец прибежал к Поухатану ночью.
Он не мог отдышаться.
— На реке… лодки… наши уходят…
Вождь поднялся.
Людей следовало вывести, предупредить соседей, найти раненых, сохранить продовольствие.
Большая политика в такую ночь состояла из коротких приказов.
На берегу женщина передавала ребёнка из одной лодки в другую. Течение било в борта. В темноте зацепились снасти.
Молодой воин перерезал верёвку, оттолкнул лодку и остался по пояс в воде.
С берега донёсся выстрел.
Он пригнулся.
Когда его вытащили, он первым спросил, ушёл ли ребёнок.
— Ушёл.
Воин закрыл глаза.
На рассвете Поухатану сообщили число спасённых.
Он велел назвать и тех, кто не вернулся.
***
В 1613 году капитан Сэмюэл Аргалл захватил Покахонтас.
Он узнал, где она находится, договорился с местными посредниками и заманил её на корабль.
В английском расчёте она стала средством давления на отца.
В Веровокомоко пришла весть.
Поухатан слушал неподвижно.
Посланец говорил о возвращении пленных, оружии, условиях. Слова были понятны, но за ними стояла вещь, которую правитель не мог принять спокойно: его дочь удерживали, чтобы заставить его уступить.
Советник начал рассуждать о пользе переговоров.
Вождь поднял руку.
Советник замолчал.
Поухатан спросил:
— Она жива?
— Жива.
Только после этого он позволил говорить дальше.
В ту ночь никто не видел его спящим.
***
Покахонтас оказалась среди людей, которые называли своё принуждение заботой.
Её учили английскому языку и христианской вере. Рядом был Джон Рольф. Позднее они поженятся.
Мы не можем заглянуть в её мысли с той уверенностью, с какой это делают красивые легенды.
Она жила в обстоятельствах, которых не выбирала свободно.
По вечерам она смотрела на воду.
Река знакома, но лодки у берега чужие.
Она вспоминает отцовский дом, голоса женщин, дым очага. Учится новым словам. Прислушивается. Пытается понять, где проходит граница между тем, что от неё требуют, и тем, что ещё принадлежит ей самой.
Однажды ей говорят, что скоро наступит мир.
Она спрашивает:
— Тогда люди смогут вернуться домой?
Ответ оказывается длиннее вопроса.
Покахонтас уже знает: так бывает, когда человек не хочет сказать «нет».
***
В 1614 году она принимает крещение под именем Ребекка и выходит замуж за Рольфа.
Брак помогает установить временный мир.
Для Поухатана это возможность прекратить разорение, дать людям посадить зерно, вернуть дорогам хотя бы часть прежней безопасности.
Он не приезжает на свадьбу, но допускает союз.
Мир оказывается связан с судьбой его дочери так тесно, что любое политическое решение касается его как отца.
Однажды он стоит у края поля.
Рядом работники готовят землю.
Советник говорит о благоприятном будущем.
Поухатан смотрит на руки женщины, сажающей зерно.
— Пусть сначала вырастет это.
Он уже слишком часто слышал обещания, которые не доживали до урожая.
***
В 1616 году Покахонтас отправляется в Англию вместе с мужем, маленьким сыном и сопровождающими из её народа.
Виргинская компания видит в поездке полезное доказательство успеха колонии.
Её принимают, представляют, рассматривают. В Лондоне её история становится удобной для тех, кто хочет вложить деньги в далёкое предприятие.
Покахонтас учится держаться среди чужих правил.
Её наряд богат.
Цена этого богатства остаётся невидимой зрителям.
Один придворный говорит ей, что теперь она увидела настоящий великий город.
Она отвечает учтиво:
— У вас очень много домов.
Придворный доволен.
Он не замечает, что она ничего не сказала о величии.
Потом она встречает Смита.
Прошлое входит в комнату без предупреждения.
У неё есть слова, которые накопились за годы. Но чужая история уже успела сделать из неё героиню, удобную другим людям.
До дома остаётся море.
***
Весной 1617 года обратный путь обрывается в Грейвзенде.
Покахонтас тяжело заболевает и умирает.
Ей примерно двадцать лет.
Причину смерти достоверно установить невозможно.
В Англии остаётся её могила.
На другом берегу океана отец ждёт возвращения.
Когда весть наконец доходит до него, люди говорят тихо.
Поухатан спрашивает, где она похоронена.
Ему объясняют.
Он слушает название места, которое никогда не видел и где никогда не стояла его дочь рядом с ним.
Потом просит оставить его одного.
Река течёт за пределами дома.
На её берегах люди продолжают трудиться, дети спорят, лодочники смотрят на течение.
Вождь слышит всё это.
Ещё недавно каждый звук был частью мира, который он собирался оставить дочери.
***
В 1618 году Поухатан умирает.
Его наследники получают власть, которую всё теснее окружают чужие поселения.
Через несколько лет война вспыхнет вновь. Земля будет уходить, договоры — становиться оружием, английское присутствие — расти.
Но история народов Поухатана не закончится.
Потомки сохранят общины, имена и память.
А в памяти нашего рассказа останется встреча возле нелепой короны.
Старый правитель стоит прямо.
За его спиной смеётся дочь.
Гости ждут, когда он опустится на колени.
Он не торопится.
На мгновение будущее ещё не совершилось. Корабль не увёз Покахонтас. Весть не пересекла океан. Дома у рек стоят целыми.
Поухатан смотрит на корону, затем на людей, которые её привезли.
— Я вас слышу, — говорит он.
И остаётся на ногах.
Он правил тридцатью племенами Виргинии, когда в 1607 году к нему приплыли голодные англичане. Он их кормил. Англичане в благодарность похитили его дочь Покахонтас, крестили её, выдали замуж и увезли в Лондон как экспонат. Диснеевская версия событий немного отличается.
Итог: Мир продлился ровно до тех пор, пока колонистам было выгодно.
Интересный факт: Покахонтас умерла в Англии в 21 год, так и не вернувшись домой.
Подборки: Реформаторы · Завоеватели · Женщины у власти · Последние в династии · Основатели · Погибли насильственно · Цари и императоры России · Фараоны Египта · Президенты США · Римские императоры · Правители Древнего мира · Великие женщины у власти · Монгольская буря · Мир Александра Великого · Эпоха Наполеона · Холодная война ·