Джон Тайлер. Президент, которого забыли согласовать
Утром 5 апреля 1841 года в дверь Джона Тайлера постучали.
Так обычно начинаются неприятности: человек ещё не успел позавтракать, а государство уже прислало кого-то с выражением лица, исключающим хорошие новости.
На пороге стоял Флетчер Уэбстер, сын государственного секретаря. Он привёз известие: президент Уильям Генри Гаррисон умер.
Тайлер замер.
Всего месяц назад они вместе вступили в должности. Гаррисон стал президентом, Тайлер — вице-президентом, то есть человеком, который должен находиться достаточно близко к власти, чтобы выглядеть важным, и достаточно далеко, чтобы никому не мешать.
Теперь расстояние исчезло.
— Мне нужно в Вашингтон, — сказал он.
И впервые за всё утро это было утверждение, с которым никто не собирался спорить.
Остальные утверждения ещё ждали своей очереди.
Джон Тайлер родился 29 марта 1790 года в Виргинии. Его семья принадлежала к миру плантаций, влиятельных знакомств и твёрдого убеждения, что федеральное правительство должно знать своё место.
Место это, по мнению виргинских землевладельцев, находилось подальше от их хозяйства.
Он окончил Колледж Вильгельма и Марии, изучал право и рано вошёл в политику. Был законодателем, конгрессменом, губернатором Виргинии и сенатором.
К сорока годам Тайлер уже достаточно хорошо знал государственное устройство, чтобы находить в нём основания для несогласия почти при любых обстоятельствах.
Он защищал права штатов и не любил чрезмерного усиления Вашингтона. Когда Эндрю Джексон начал действовать слишком властно, Тайлер разошёлся с ним.
С вигами его сблизила общая неприязнь к президентскому произволу.
Это оказалось примерно таким же прочным основанием для союза, как совместная ненависть к соседу для счастливого брака.
Пока сосед шумит, супруги едины.
Стоит наступить тишине — выясняется, что один хочет завести собаку, а другой национальный банк.
На выборах 1840 года Тайлеру досталась роль приятного дополнения к военному герою Гаррисону. Южный политик, виргинец, сторонник прав штатов — полезный человек для привлечения нужных избирателей.
«Типпекано и Тайлер тоже!» — пели по стране.
Слово «тоже» никого не настораживало.
Зря.
Когда Тайлер приехал в Вашингтон, обнаружилось, что смерть президента оставила Конституции вопрос, на который ещё никто не отвечал на практике.
Становится ли вице-президент полноценным президентом?
Или только исполняет чужие обязанности, желательно под присмотром людей, считающих себя более опытными?
Тайлер выбрал первый вариант.
Некоторые влиятельные политики предпочли бы второй.
Особенно если присматривать будут они.
В кабинете Гаррисона привыкли к определённому порядку обсуждения дел. Тайлеру дали понять, что министры рассчитывают сохранить своё влияние.
Он выслушал.
— Господа, ваши советы мне нужны, — мог бы сказать он. — Ваше разрешение быть президентом — нет.
6 апреля Тайлер принёс президентскую присягу.
Он действовал так, словно вопрос уже решён: занял должность, принял полномочия и не собирался добавлять к своему имени слово «временный».
Противники назвали его «Его Случайность» — язвительная переделка почтительного обращения.
Прозвище было удачным.
Только вот государственными решениями оно не распоряжалось.
Виги вскоре обнаружили неприятное свойство нового президента: он воспринимал собственные убеждения всерьёз.
Лидер партии Генри Клей рассчитывал провести программу экономического развития: национальный банк, защитные тарифы, меры по укреплению хозяйства.
Тайлер тоже желал стране процветания.
Но процветание, по его мнению, не оправдывало расширения федеральных полномочий сверх допустимого.
С особенно большим подозрением он смотрел на проект национального банка.
— Мы выиграли выборы ради этой программы! — могли напомнить ему.
— А я принимал присягу не программе, — отвечал бы Тайлер.
В августе 1841 года он наложил вето на банковский законопроект.
Виги переделали проект. Подобрали другие формулировки. Постарались сделать так, чтобы президент мог согласиться, не чувствуя, будто уступил.
В сентябре он наложил второе вето.
Теперь партийное терпение закончилось окончательно.
Почти весь кабинет ушёл в отставку. Дэниел Уэбстер остался: у него были важные переговоры с Британией, а бросать дипломатию из-за семейной ссоры внутри партии он не считал полезным.
Тайлера исключили из вигов.
Президент оказался человеком без партии.
Демократы помнили, как он от них ушёл. Виги только что убедились, что уходить он умеет и без собственного движения: достаточно вынести за дверь его политическую принадлежность.
— Вы остались один, господин президент.
Тайлер посмотрел бы на стол, заваленный бумагами.
— Судя по корреспонденции, далеко не один.
Его положение было тяжёлым. Конгресс сопротивлялся. Газеты ругались. Назначения превращались в битвы. Любое решение подозревали либо в упрямстве, либо в тайном расчёте.
Чаще — в обоих сразу.
Оппоненты заговорили об импичменте. В январе 1843 года соответствующее предложение не получило поддержки Палаты представителей.
Снять президента оказалось труднее, чем написать, почему его следует снять.
Тайлер продолжил работу.
При его администрации в 1842 году был заключён договор Уэбстера — Ашбертона с Великобританией. Он урегулировал важные пограничные споры и уменьшил напряжённость между странами.
Пока в Вашингтоне выясняли, кому принадлежит политическая победа, дипломаты сумели договориться, кому принадлежит спорная земля.
Иногда государственная работа всё-таки происходила.
Но за дверями кабинета были неприятности, которые нельзя разрешить вето.
В сентябре 1842 года умерла Летиция, жена Тайлера. Она долго болела. Их брак продолжался почти тридцать лет; у них родилось восемь детей.
В Белом доме стало тише.
Официальные бумаги продолжали поступать, как будто ничего не случилось. У государства есть эта жестокая привычка: оно не знает, когда человеку нужно дать немного времени.
Позднее Тайлер начал ухаживать за Джулией Гардинер — молодой женщиной из состоятельной нью-йоркской семьи.
Столица немедленно оживилась.
Разница в возрасте составляла тридцать лет. Некоторых детей президента перспектива новой мачехи, младше их самих, радовала приблизительно так же, как вигов — второе банковское вето.
Джулия не спешила соглашаться на брак.
А затем произошло событие, после которого придворные пересуды внезапно потеряли значение.
28 февраля 1844 года президент, министры и приглашённые гости отправились по Потомаку на новом военном корабле «Принстон».
Это была демонстрация техники, могущества и уверенности в будущем.
На борту находилась огромная пушка, названная «Миротворцем».
Название было смелое. Само орудие — ещё смелее.
Гости любовались рекой. Разговаривали. Осматривали корабль. После пробных выстрелов уверенность организаторов росла вместе с восхищением публики.
— Ещё один залп!
Праздничная просьба прозвучала так легко, как будто просили повторить музыкальный номер.
Орудие выстрелило.
И разорвалось.
Оглушительный удар перекрыл разговоры. Палубу окутал дым. Люди отшатнулись, кто-то упал, кто-то бросился искать близких. Несколько мгновений никто не понимал масштаба случившегося.
Тайлер в момент взрыва находился ниже палубы и уцелел.
Погибли государственный секретарь Абель Апшер, морской министр Томас Гилмер, отец Джулии Дэвид Гардинер и другие люди. Среди погибших был Армистед — человек, которого президент держал в рабстве.
Катастрофа не различала ни высоких должностей, ни положения тех, чьи имена обычно исчезали из официальных рассказов.
Джулия потеряла отца.
Тайлер помог ей покинуть корабль. После пережитого их отношения стали ближе.
26 июня 1844 года они поженились в Нью-Йорке. Тайлер стал первым президентом США, вступившим в брак во время пребывания в должности.
Впоследствии у них родилось семеро детей.
Всего у Тайлера было пятнадцать детей. Семейные дела по своему объёму уже вполне заслуживали отдельного ведомства.
Однако главной политической целью последних лет его президентства стал Техас.
Независимая республика существовала рядом с Соединёнными Штатами, но Мексика не признавала её отделение окончательно. Вопрос присоединения был связан с землёй, безопасностью, международным влиянием — и рабством.
Новый рабовладельческий штат мог изменить политическое равновесие страны.
Тайлер, сам рабовладелец, добивался присоединения.
Он видел в Техасе и национальную задачу, и возможность оставить после себя результат, который не отменят насмешливым прозвищем.
В 1844 году Сенат отверг договор о присоединении.
Тайлер начал искать другой путь.
— Через эту дверь не пускают.
— Значит, посмотрим, что написано над следующей.
Вместо договора администрация поддержала механизм совместной резолюции Конгресса. Для него требовалось большинство в обеих палатах, а не две трети Сената.
1 марта 1845 года Тайлер подписал резолюцию о присоединении.
До конца его президентства оставались считаные дни.
Техас стал штатом позднее, уже при Джеймсе Полке, в декабре 1845 года. Но Тайлер успел сделать решающий шаг к этому исходу.
Конгресс приготовил ему прощальный подарок: 3 марта впервые в истории США преодолел президентское вето.
Расставание получилось вполне взаимным.
Тайлер уехал в Виргинию, в поместье Шервуд-Форест.
Название подходило человеку, которого политические противники считали изгнанником. Только этот изгнанник жил в большом доме, имел обширное семейство и не собирался признавать себя побеждённым.
Прошли годы.
Споры о рабстве и правах штатов становились всё опаснее. Тайлер оставался приверженцем южного порядка — порядка, в котором благополучие плантаторов держалось на несвободном труде других людей.
В 1861 году он участвовал в мирной конференции, пытавшейся предотвратить распад страны.
Попытка провалилась.
После этого бывший президент поддержал отделение Юга и Конфедерацию. Был избран в её Палату представителей, но до начала работы этого созыва не дожил.
18 января 1862 года Джон Тайлер умер в Ричмонде.
Человек, который когда-то помог обеспечить непрерывность власти Соединённых Штатов, закончил жизнь на стороне государства, пытавшегося выйти из их состава.
Это противоречие не исправить остроумием.
Его биография была полна упрямства, смелости, расчёта и решений, последствия которых выходили далеко за пределы собственного срока.
Он оказался президентом случайно.
Но пользовался властью вполне намеренно.
И оставил преемникам важный урок: запасного человека в избирательном списке стоит читать внимательнее.
Особенно если всё, что о нём помнят, заканчивается словом «тоже».
Итог: Установил прецедент наследования власти.
Интересный факт: Его внук Гаррисон Тайлер умер в 2025 году.
Подборки: Реформаторы · Завоеватели · Женщины у власти · Последние в династии · Основатели · Погибли насильственно · Цари и императоры России · Фараоны Египта · Президенты США · Римские императоры · Правители Древнего мира · Великие женщины у власти · Монгольская буря · Мир Александра Великого · Эпоха Наполеона · Холодная война ·